
В Средние века в Европе, согласно легендам, канун 1 мая именовался Вальпургиевой ночью и считался грандиозным празднеством ведьм и колдунов. Вальпургиева ночь – названа так по имени Святой Вальпургии – время, когда, по германским народным поверьям, ведьмы собираются на великий шабаш на горе Броккен. Каждая ведьма, по поверьям, прилетала на шабаш на метле, на вилах или на кочерге. Эти предметы являлись своего рода непременными атрибутами или символами ведьмы. На этом сборище проводились определенные обряды, где ведьмы, колдуны и прочая нечисть пытались помешать благополучному наступлению весны, насылали порчу на людей, домашний скот и т.п. Ведьмы варили магическое зелье, ибо считалось, что травы в Вальпургиеву ночь обретали чудесную силу.
В селениях накануне Вальпургиевой ночи проводилась своя церемония изгнания ведьм: разжигались костры, на которых сжигались чучела ведьм, люди обходили дома с факелами, звонили в церковные колокола и т.п.
На Руси ведьма – один из главных персонажей низшей мифологии славян. В этом образе отражены как древние языческие мотивы, так и книжные, христианские мировоззрения. Сам термин «ведовство» и слово «ведьма» происходят от славянского глагола «ведать» – знать. Другими словами, ведьма могла знать и творить плохое или хорошее в большей степени, чем все остальные люди.
На Руси верили, что ведьмы сильнее всего в полнолуние, грозовые ночи и в канун больших праздников, особенно Ивана Купалы. Опасны ведьмы также на Юрьев день, Пасху, Троицу, Рождество. Изумительный народный фольклор на эту тему собран и великолепно отражен в творениях Н.В. Гоголя.
На Украине верят, что ведьмы и прочая нечисть слетаются в ночь, наподобие Вальпургиевой, в Киев, на Лысую гору. В других местах – что шабаши происходят на перекрестках, полевых межах, в рощах на старых деревьях. Ведьма перемещается по воздуху на помеле, кочерге, метле, хлебной лопате или на березовой палке. Как мы видим, в этих символах существует практически полная аналогия с поверьями западноевропейских народов. Также считается, что символами ведьмы и колдовства, являются волк, черная кошка, крыса, черный ворон и т.п.

Что касается оберегов, символов, иных орудий против нечистой силы, то на Руси и это имелось. В книге В.И. Даля «О повериях, суевериях и предрассудках русского народа» мы можем прочесть о следующих символах и способах борьбы с нечистой силой:
«Крест. Кресты ставят в избах, над окнами, над воротами, на разных местах… носят жители на шеях, начиная с детства до – смерти; такое распятие на груди иногда называют чертогоном. Крест с кружком налепляют на праздничном или свадебном пироге… крестом ограждают себя в различных случаях…
Талисманы. Они зашиваются в тряпках, в мешочках… даются родителями детям, талисманы эти будто бы ограждают от всякой порчи…
Пояс. Он считается и теперь священным предметом и талисманом против нечистой силы…
Головня. Головня и теперь, по верованию жителей, имеет силу против дьявола. Ее носят по полям пред посевом хлебов. Головнею очертываются при гаданиях на расстаньях; черти не могут перейти черты круга.
Пастушеская палка. Она и теперь имеет то значение, что если перебросить ее через скотину – она не будет уходить от дому далеко, куда уводит леший».
Далее в тексте упоминаются иконы, молния, звон колоколов, пение петуха, то есть те знаки и символы, которые помогают против нечистой силы.
Пожалуй, везде и всегда общество неоднозначно относилось к ведьмам, – их боялись, но к ним и обращались за помощью в попытке решить какие-то житейские проблемы. Об этих взаимоотношениях очень ярко и в то же время трагично повествуется у А.И. Куприна в его произведении «Олеся».
Такие понятия, как шабаш или колдовство, относятся скорее к эпосу действительно международному, так как легенды о колдунах и ведьмах существуют практически во всех странах, к тому же с самых древних времен и по сей день. Более того, в Европе, в 1487−89 гг. монахи-инквизиторы Яков Шпренгер и Генрих Инститорис опубликовали свое сочинение под названием «Молот ведьм», где обосновывали необходимость жесточайших преследований ведьм; данное сочинение на два столетия вперед сделалось основным руководством для светских судов и церковных трибуналов, занимавшихся делами о ведовстве. (Текст перевода этого руководства впервые был опубликован на русском языке в 1930-м году.)
Главная причина борьбы с ведьмами такова: по сути своей и слет ведьм на шабаше, и каждая отдельно взятая ведьма представляли собой своего рода «антицерковь» со своим культом. Получился своего рода «противовес» официальной церкви, поскольку каждая женщина, которую обвиняли в ведовстве, являлась на самом деле основной носительницей народных традиций культуры. А как показывает история, у любой официальной церкви во все времена был соблазн разрушить, или подчинить себе традиционную культуру. Нельзя отрицать тот исторический факт, что и в Европе, и на Руси такая новая религия, как христианство, поначалу оказалась совершенно чуждой для старых народных традиций и верований, корни которых были чрезвычайно глубоки.
Что касается другой «религии» – постулатов и догм советской эпохи, то и здесь существовали свои символы, праздники, образы вождей и свои «гонения на ведьм». Первое мая – праздник международной солидарности пролетариата, как он назывался вначале. Резолюция о праздновании 1 Мая была принята Первым конгрессом 2 Интернационала, собравшимся в Париже в день столетия Французской революции 14 июля 1889 года. Установление праздника 1 Мая имело целью объединить пролетариат всего мира в действии и борьбе, в частности, за 8-часовой рабочий день. Конечно же, буржуазные правительства всех стран отдавали себе отчет в том, что 1 Мая – первый натиск социалистической партии, которая стремится уничтожить частный капитал и порвать с системой наемного труда. И эти самые буржуазные правительства Англии, Италии, Испании, Франции, Австрии приняли ответные меры: повсеместно были запрещены и разгонялись первомайские уличные демонстрации, проводились аресты социалистов. В Голландии, Швеции, Норвегии – всюду те же явления, которые тоже напоминали «охоту на ведьм».
В России 1 Мая было впервые отмечено Варшавской забастовкой в 1890 году, а в 1891 в Петербурге была организована первая маевка, на которой с речами выступили четверо рабочих. Кстати о маевках – вот как «оригинально» расшифровал это название Валентин Катаев в конце своей повести «Белеет парус одинокий»:
«…Петя с достоинством кивнул головой. Затем он, как бы невзначай, подошел к Моте. Унизительно краснея от того, что приходится обращаться с вопросом к девчонке, он быстро шепнул:
- Слышь, Мотька, что такое маевка?
Мотя сделала строгое, даже несколько постное лицо и ответила:
Рабочая пасха!»
