Печать

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
1 час 1 день 1 неделя 1 месяц Навсегда

[Мими]

Хотелось бы рассказать о таком московском месте, как Рогожская застава и Владимирский тракт (сейчас - шоссе Энтузиастов). Эти места не входят в список достопримечательностей,  о них я до прочтения "Москвы и москвичей" Гиляровского ничего не знала.  А между тем, Рогожка в свое время была очень известным в Москве местом - своеобразным центром старообрядчества.
Правительство Екатерины II было заинтересовано в поддержке старообрядческого купечества, обладавшего "великими промыслами и торгами". В 1762 г. императрица издала манифест, приглашавший селиться в России людей всех "наций", "кроме жидов", а также призывавший вернуться на родину всех русских беглецов. Под "беглецами" подразумевались зарубежные староверы, прежде всего жители богатых и многолюдных слобод Ветки в тогдашней Польше (ныне — Гомельская область Белоруссии). "Беглецам" были обещаны льготы: разрешение не брить бороду и носить народную одежду, освобождение на шесть лет от всяких податей. И вот, слкчилось доселе небывалое:  в самой Москве, под носом высшего церковного и светского начальства "раскольники" создали свой духовный и административный центр с благолепными храмами. Возник этот центр в связи с трагическими обстоятельствами.
В декабре 1770 г. в Москве началась страшная эпидемия чумы, особенно усилившаяся в марте 1771-го. По рассказу очевидца, "народ умирал ежедневно тысячами; фурманщики, или, как их тогда называли, “мортусы” в масках и вощаных плащах длинными крючьями таскали трупы из выморочных домов, другие поднимали на улице, клали на телегу и везли за город". По распоряжению графа Г. Г. Орлова, командированного в Москву для организации борьбы с "моровою язвою", все кладбища в черте города были закрыты. Умерших хоронили на погостах подмосковных деревень, в братских могилах.
В числе закрытых кладбищ оказались и два старообрядческих. Эти особые кладбища, известные с 1718 г., принадлежали староверам-поповцам, приемлющим священство. Одно  находилось у Серпуховской заставы, другое — у Тверской заставы.
Вместо двух закрытых кладбищ поповцам  выделили для захоронения умерших от эпидемии землю в трёх верстах от Рогожской заставы. Ещё в начале ХХ в. на Рогожском кладбище сохранялась общая чумная могила, на которой стоял замшелый обелиск. На нём можно было прочесть, что сие место отведено для погребения умерших от "моровой язвы". Тут же читалось стихотворное описание ужасов мора, оставленное безымянным поэтом и начинавшееся так:
    В числе множества удручающих смертных скорбей
    Моровая язва свирепее всех поедает людей,
    Не щадит она младенцев, ни юношей цветущих лет,
    И самым древним старцам от неё пощады нет…
При учреждении старообрядческого кладбища была выстроена небольшая деревянная часовня во имя святителя Николы. В 1776 г. её сменил более обширный каменный храм. А в 1791 г. с разрешения тогдашнего московского главнокомандующего князя А. А. Прозоровского началось строительство "холодной" (летней) часовни во имя Покрова Богородицы.По первоначальному проекту часовня должна была вмещать до трёх тысяч богомольцев, иметь алтарные апсиды и пять глав.
О том, что староверы затеяли столь масштабное строительство, стало известно Гавриилу (Петрову), митрополиту Новгородскому и Петербургскому. Митрополит пришёл в ужас от подобной "дерзости" и подал императрице записку, в которой сообщал, что "лютые неприятели государству и государю" "начали строить церковь, превышающую пространством и огромностью Успенский собор, чтобы огромностью сего храма унижать первую в России Церковь в мыслях простого народа". Гавриил предлагал запретить строительство, а "начатую церковь обратить на другие, предписанные законом монархии для призрения бедных или для пользы общественной, установления".
Князю Прозоровскому пришлось оправдываться перед Екатериной и срочно "выпуски для алтаря отломать, величины убавить и сделать план с одною главою и крестом". Этим объясняется некоторая несуразность архитектуры Покровского собора: гладкий и простой фасад, непропорционально маленькая глава и отсутствие алтарных апсид. С внешней стороны храм напоминает огромный простой дом. Вокруг кладбища выросла Рогожская слобода.

Одним из известнейших старообрядческих священнослужителей того времени был отец Иоанн (Ястребов). С ним связана такая интересная история: в 1812 г., когда Москву заняли французские войска и над старообрядческими храмами нависла угроза разорения, отец Иоанн приказал закопать все ценности на кладбище. Свежие "могилы" были представлены французам как свидетельство начавшейся эпидемии. Захватчики побоялись раскапывать "чумные могилы" и покинули Рогожскую слободу, ничем не поживившись.

[Мими]

А за Рогожской заставой начинался Владимирский тракт - по нему со всей России арестанты, ссылаемые в Сибирь поступали в  "Бутырский тюремный замок", отсюда они, до постройки Московско-Нижегородской железной дороги, отправлялись пешком по Владимирке. Поколениями видели рогожские обитатели по нескольку раз в год эти ужасные шеренги, мимо их домов проходившие. Видели детьми впервые, а потом седыми стариками и старухами все ту же картину, слышали:
...И стон
И цепей железных звон...
Ну, конечно, жертвовали, кто чем мог, стараясь лично передать подаяние. Для этого сами жертвователи отвозили иногда воза по тюрьмам, а одиночная беднота с парой калачей или испеченной дома булкой поджидала на Садовой, по пути следования партии, и, прорвавшись сквозь цепь, совала в руки арестантам свой трудовой кусок, получая иногда затрещины от солдат.
Страшно было движение этих партий.
По всей Садовой и на всех попутных улицах выставлялась вдоль тротуаров цепью охрана с ружьями...
И движется, ползет, громыхая и звеня железом, партия иногда в тысячу человек от пересыльной тюрьмы по Садовой, Таганке, Рогожской... В голове партии погремливают ручными и ножными кандалами, обнажая то и дело наполовину обритые головы, каторжане. Им приходится на ходу отвоевывать у конвойных подаяние, бросаемое народом. (так описывает Владимирский тракт Гиляровский).
А вот, что рассказывают в наши дни:
Говорят, что на разных участках шоссе Энтузиастов (то есть бывшей Владимирки) (и в черте города, и за МКАД) на трассе не раз видели страшного бородатого мужика, смахивающего на бомжа: бродит тяжело, «будто цепь за собой волочит», и норовит остановить проезжающий транспорт. Легенда гласит, что это призрак разбойника-каторжанина, загубившего более ста душ и сгинувшего на этапе по Владимирскому тракту «без покаяния и погребения». Теперь совестью мучается: остановит машину и просит: «Простите меня, люди добрые!» Доведется повстречать, быстренько отвечайте: «Бог простит!» — и уносите ноги…
(по материалам сайта "Истина и жизнь", "мир тесен", книги Гиляровского "Москва и москвичи")

[Masta-Ann]

Мимиш, здорово, очень интересно!  Спасибо !

[Мими]

Спасибо, Маста!

Далее, хотелось бы немного рассказать об Измайлово.
Начальная история Измайлова очень туманна и противоречива. Часть исследователей предполагают, что название его произошло от фамилии ранних владельцев, которыми могли быть бояре Измайловы, ведшие свой род от знатного татарского выходца Ивана Шая. Историк И.М. Снегирев признавал, что «доселе наверное не известно, от чего получило свое название Измайлово» и считал, что имя Измайлово привнесено рабочили, приехавшими из из села Измайлово Нижегородской губернии.
Достоверная история Измайлова и его владельцев начинается со времени правления Ивана Грозного. После женитьбы на Анастасии Романовой царь пожаловал брату своей жены, боярину Никите Романовичу Захарьеву-Юрьеву, Измайлово с деревнями в вотчину – в наследственное родовое владение. Так Измайлово  стало принадлежать роду Романовых.
В 1654 году после смерти боярина Никиты Ивановича Романова Измайловская вотчина отошла в казну и стала цар­ским владением.Сначала Алексей Михайлович только охотился здесь, но в 1660-х годах решился на отважный шаг – устроить здесь образцовое экспериментальное хозяйство.
Здесь было все: огромные пашни с хлебом, причем зерно на первый посев взяли у патриарха в благословение, оранжереи с теплицами, кишащие дорогой рыбой пруды, которым царь сам дал названия – Лебедянский, Серебряный (по преданию, его дно и берега были выложены серебром), Виноградный, Просяной… Летом царевны сами пускали в пруды рыбок и очень любили их кормить. Был еще Зверинецкий пруд для большого зверинца, где водились леопарды, рыси и даже белый медведь, а главное, лев и львица, подаренные царю Алексею Михайловичу персидским шахом. На птичьем дворе расхаживали дивные павлины, напоминавшие сказочных птиц. Главной же мечтой был собственный виноград. В августе 1665 года астраханский садовник Василий Никитин привез в Москву первые виноградные кусты, и высшей царской гордостью стал Виноградный сад с беседками, увитыми виноградной лозой. Это был первый виноград, разведенный в Москве. Иностранцы дивились, и Измайлово называли «новым Версалем» .
В 1660-х годах парадная резиденция в Измайлове превратилось в остров: из-за выкопанных прудов государев двор, где стояли дворец и деревянный Покровский храм, оказался в прямом смысле слова на острове, окруженном водой. В 1665 году на парадной части государева двора среди садов был построен сказочный деревянный дворец, имевший, по рассказам очевидцев, 300 башен. Издавна существует мнение, что в Измайловском дворце родился Петр I. (хотя, местом рождения первого русского императора еще называют и Петровско-Разумовское, и Коломенское, хотя почти никто не сомневается, что он родился в Кремле).

[Мими]

Святыней Покровского собора стала чудотворная Иерусалимская икона Богоматери. По преданию, прототип этого образа был написан апостолом и евангелистом Лукой. В 453 году икона была перенесена из Иерусалима в Константинополь.Византийский император преподнес копию Иерусалимской иконы в дар  князю Владимиру, который даровал ее новгородцам, когда они приняли христианство.  Иван Грозный перенес ее в Москву, в Успенский собор. С подлинной Иерусалимской иконы и был сделан список для Измайловского собора в конце XVII века. А кремлевская святыня бесследно пропала из Успенского собора после нашествия Наполеона.
Измайловская Иерусалимская икона особо прославилась исцелениями во время страшной чумной эпидемии в Москве в 1771 году. После этого ее стали почитать чудотворной. А в сентябре 1866 года она помогла остановить холерную эпидемию, надвигавшуюся на Москву с юга. Жители южных окраин Москвы попросили отпустить к ним эту икону для совершения молебнов и вознесения общей молитвы перед ней. В селе Дьякове близ Коломенского в день пребывания святыни чудесно исцелилась от слепоты семилетняя крестьянская девочка, из семьи старообрядцев, которую мать втайне от родных привела поклониться православной чудотворной иконе.
Престольный праздник собора Измайлова приходится на осеннюю пору, считавшуюся лучшим временем для совершения свадеб. Осенью сюда всегда приезжали царевны и по традиции молились в Покровском соборе о счастливом замужестве.

Затем Измайлово было любимой резиденцией царя Федора Алексеевича,  Ивана Алексеевича, царевны Софьи.
Здесь, Петр бывал в детстве, читал и пел на клиросе Покровского собора, здесь проходили маневры и баталии петровских потешных полков. Здесь же, в Измайлово, на льняном дворе молодой Петр нашел английский ботик боярина Никиты Ивановича. Починить его взялся голландский корабельный мастер Брандт,и Петр с восторгом плавал на ботике по Яузе и Измайловским прудам.
После опалы Софьи Петр подарил Измайлово своему брату Ивану, где расположилась его загородная резиденция.  А после смерти брата в 1696 году отдал владение вдове Прасковье Федоровне, которая поселилась тут с дочерьми Екатериной , Прасковьей и Анной – будущей императрицей Анной Иоанновной.
когда столица была перенесена в Петербург, значение Измайлова упало – оно превратилось в тихую загородную резиденцию. А при Екатерине II снесли обветшавший деревянный дворец и разобрали арочный мост, уцелела только Мостовая башня.

В 1812 году Измайлово захватил Наполеон. Его полчища разграбили и осквернили Покровский собор, где они разжигали костры, чтобы согреться от осеннего холода.

В 1837 году исполнялось 25-летие Отечественной войны, и в Москву на торжества приехал император Николай I. Он посетил Измайлово и  решил отдать свое родовое владение под военную богадельню для инвалидов Отечественной войны. А еще через 10 лет в Николаевской богадельне был освящен и восстановленный Покровский собор.

[Мими]

После Октябрьской революции Николаевская богадельня была закрыта, а в 1927 году затворились двери и Покровского собора.
В 1935 году согласно известному Генплану реконструкции столицы подмосковное Измайлово вошло в черту Москвы, да еще и в привилегированный Сталинский район. В годы Великой Отечественной войны здесь находился военный аэродром, защищавший Москву от налетов, а также секретный бункер Сталина.
В наши дни Измайлово его храмы, и каменный мост восстанавливаются.


А теперь о легендах Измайлово:
первая - совсем сказочная: говорят, что в реке Серебрянке, что протекает в Измайловском парке,  водится чудесный серебряный карп огромных размеров

вторая легенда связана с именем Григория Распутина: за две недели до своей смерти Григорий Ефимович приезжал в Измайлово. Из донесений сыщиков тех лет явствует, что Распутин вышел из Никольского вокзала, дошел до Немецкой слободы, взял на Басманной извозчика и поехал в Измайлово. В одном из дубов Измайловского леса спрятал, как предполагают, мешочек с драгоценностями. Однако их ни тогда, ни потом так и не нашли. Притом сыщик оказался повешенным на осине, а извозчик убит на том самом месте, где Распутин взял карету. В книге В. Бурлака "Москва таинственная" есть такие строки: "Один человек по заданию Распутина много лет наведывался к этому дереву. имел он способность приваживать и отваживать птиц.  Вот он и сделал так, что птицы всегда облетали дуб с сокровищем стороной. Крепко верил тот человек, что распутин не погиб и когда-нибудь явится за своими бриллиантами. В двадцатых годах тот птичий кудесник куда-то сгинул. А дуб, возможно, остался невридим и до сих пор шепчет под ветром о сокровище..."

(по материалам сайтов: православие.ру, мир прогнозов, книги В. Бурлака "Москва таинственная")

[Шери-Изумруд]

Мимишек, молодец. Мими, а вот что-нибудь еще про МАяковскую.

[Мими]

Шери, на днях поищу - и если что интересное найду, то выложу

[Шери-Изумруд]

Спасибки, трудяжка Мими!

[Мими]

Итак, я начала поиски какой-то интересной исории о Маяковской, разложив карту и надеясь, что  придет удачная мысль
Поначалу,  "озарения" не было - о дирижабле на м. Маяковская я уже упоминала, повторяться не хотелось бы,  Триумфальная площадь - бывшая пл. Маяковского, Тверская-Ямская - в поисках неумолимо тянуло в сторону Пушкинской - а это "совсем другая история", и тут - улица Большая Садовая!
С 1911 до 1926 года здесь располагался цирк Никитиных. Булгаков упоминает его в повести «Собачье сердце». В 1926 году место цирка занял Московский мюзик-холл, послуживший прообразом Варьете, в котором Воланд с подручными проводил сеанс Черной магии. Но, конечно, главная ассоциация с Большой Садовой - это "нехорошая квартира". Речь пойдет о той самой «нехорошей» квартире, в которой поселятся Воланд и его свита в романе Булгакова «Мастер и Маргарита». Это квартира №50, расположенная в доме 302 – бис, который находится на Садовой улице. Именно в этой квартире столкнутся потусторонний мир и мир современной Москвы.
В квартире №50 в доме №10 Булгаков прожил с 1921 до 1924 года. А с августа 1924 до ноября того же года Булгаков провел в квартире №34 в том же доме, планировка этой квартиры напоминала квартиру №50. Вымышленный номер 302-бис - это зашифрованный номер 10 здания-прототипа по формуле 10=(3+2)х2. Кроме того, фантастически большой номер (ни на одной из Садовых улиц в Москве не было и нет дома с таким большим номером) должен подчеркнуть нереальность происходящего.
Первая жена Булгакова Т. Н. Лаппа вспоминала квартиру №50 и прототипа погубившей Берлиоза Аннушки Чумы: "Эта квартира не такая, как остальные, была. Это бывшее общежитие, и была коридорная система: комнаты направо и налево. По-моему, комнат семь было и кухня. Ванной, конечно, никакой не было, и черного хода тоже. Хорошая у нас комната была, светлая, два окна. От входа четвертая, предпоследняя, потому что в первой коммунист один жил, потом милиционер с женой, потом Дуся рядом с нами, у нее одно окно было, а потом уже мы, и после нас еще одна комната была. В основном, в квартире рабочие жили. А на той стороне коридора, напротив, жила такая Горячева Аннушка. У нее был сын, и она все время его била, а он орал. И вообще, там невообразимо что творилось. Купят самогону, напьются, обязательно начинают драться, женщины орут: "Спасите! Помогите!" Булгаков, конечно, выскакивает, бежит вызывать милицию. А милиция приходит - они закрываются на ключ и сидят тихо. Его даже оштрафовать хотели".
 После публикации романа «Мастер и Маргарита» в ноябрьском 1966 года и январском 1967-го номерах журнала «Москва» у ошеломленных читателей вспыхнул сильнейший интерес к автору, к его биографии и к реальной подоплеке романа.
Далее, думаю, уместно будет привести статью об этом удивительном месте:

[Мими]

"Как я жила в нехорошей квартире"
Весной 1990-го я пополнила ряды подростков, свихнувшихся на «Мастере и Маргарите». Как водится, купила мимозы и отправилась просить счастья у потусторонних сил, обитающих в булгаковском доме. Как и все остальные, я мечтала о вселенской любви, понимании и надеялась, что однажды улечу на швабре хоть к сатане на бал, лишь бы подальше от осточертевшей повседневности. Помню, как, увидев исписанные точно такими же мольбами стены, поняла, что здесь я среди своих.

Стучите, и вам откроют
В то время дом был расписан даже снаружи. Первым бросался в глаза огромный портрет Маргариты в черной шляпе и с букетом желтых нарциссов, а не мимозы. Ведь нарциссы тоже появляются «одними из первых», как написано в романе. В подъезде же был исписан даже потолок: цитаты, глубокомысленные изречения, предсмертные записки, признания, мольбы о любви... Я поднималась на пятый этаж, читала и плакала от избытка чувств. Ощущение чуда здесь было таким густым и «намоленным», что его можно было резать кусками, как торт.
Его чувствовали почти все, кто приходил тогда в этот подъезд. И многие становились его постоянными обитателями, членами тайного общества «детей духа Булгакова». На лестнице постоянно «зависали» стихийные тусовки. Мы сидели на ступенях, пели Чижа, Цоя и рассуждали о тщете всего сущего, пока вызванная соседями милиция не разгоняла нас. Но мы снова возвращались.
Для посещения подъезда были свои традиции. У порога надо было задумать вопрос и, поднимаясь по ступеням, смотреть в пол, а потом в какой-то момент поднять взгляд на стену. Надпись, которую увидишь первой, - ответ. А еще в соответствии с изречением «стучите, и вам откроют» надо было постучать в дверь. Она была двустворчатая, деревянная, высоченная, покрытая кружевом письмен, и всегда заперта. Все знали, что там никто не живет, но в душе каждый надеялся, что однажды дверь откроет кто-то из «свиты», и с этого момента начнется новая жизнь.
Однажды поздним вечером я в полном одиночестве забрела в подъезд, поднялась, как водится, постучала в дверь... А она открылась! На пороге стоял некто длинный и худой. Треснувшего пенсне не было, но моя фантазия его дорисовала.
- Тебе чего? - спросил он.
- Зайти в гости, посмотреть... - пролепетала я в полуобморочном состоянии.
- Ну заходи, - сказал длинный и растворился во тьме огромной квартиры.
Самое интересное, что я до сих пор понятия не имею, кто это был. На мой вопрос «А ты кто?» он таинственно улыбался и отвечал: «А ты как сама думаешь?» Через полчаса пришли другие люди, с которыми я познакомилась благодаря тому, что была уже в квартире. А тот длинный исчез, и больше я ни разу его не видела.
С тех пор я торчала в булгаковском доме сутками. Самое странное, что в квартиру попадали далеко не все. Большинство тусующегося в подъезде молодняка и не подозревали, что в нее вообще можно войти. Именно тогда «нехорошая» квартира стала приобретать статус Мекки для неформалов: художников, хиппи, бардов...
Ключи попросту переходили из рук в руки. А кто первый открыл ими дверь для всего этого паломничества, история умалчивает. Вроде одна из бывших начальниц проектного бюро, которому раньше принадлежала пятидесятая. Но потом бюро распустили, а ключи остались...
Когда ключи от квартиры терялись, мы ходили в нее через окно от соседа - полусумасшедшего художника. Шли, цепляясь руками за стену, по узенькому карнизу, рискуя упасть с высоты пятого этажа. А прямо под стеной с одной стороны дома располагалась военная академия, и патрульные с криками «стой, кто идет!» палили в нас из  автоматов. Поначалу мы очень боялись, но потом успокоились. Просто какой-то солдатик проговорился, что стреляют холостыми. Пугают, надеясь, что кто-нибудь из наших от испуга свалится на их территорию. Потому что за «задержанного нарушителя» солдату полагался 10-дневный отпуск. То, что, упав с пятого этажа, человек разобьется, их не волновало. У нас была классическая вражда пацифистов  и людей в форме.
Отсюда мы уезжали автостопом в путешествия. По нескольку недель, а то и месяцев блуждали по России и возвращались невредимыми. И, казалось, нас хранят именно те сверхъестественные силы, живущие в доме Булгакова. Никто не думал, темные они или светлые. Главное было, что они нас хранили.

Дверь на бал сатаны
Ничего не могу сказать по поводу кота Бегемота и прочих персонажей из романа - лично я их не видела, хотя рассказывали всякое. Но сама огромная квартира, казалось, дышала и, как океан Солярис, могла родить любой образ. Особенно это чувствовалось ночью. Именно с наступлением темноты «оживал» старый паркет и начинал скрипеть то тут, то там, будто от чьих-то легких шагов. Эти «шаги» слышали даже самые скептически настроенные гости. Большинство считали, что это дух самого Булгакова.
Ходить ночью по квартире было страшновато, тем более что свет был всего в паре комнат. Возникало сильнейшее ощущение чьего-то дыхания в затылок. Самой страшной была комната, где жил сам Булгаков. Прямо напротив нее в абсолютно темной нише стояло четырехметровое старое зеркало в черной толстенной раме. Оно немного искажало отражение и делало его чуть темнее. Кого только, по слухам, в нем не видели! Многие считали его входом в то самое измерение, где проходил бал.
Ночью в нем отражалась комната, и, как ни вставай, ты оказывался спиной либо к самой комнате, либо к этому зеркалу. Абсолютно у всех на этом месте возникала жуткая паника. А легенды гласили, что, если выдержать, стоя так, лицом к зеркалу, какое-то время, твое отражение превратится в другое, которое ответит на любые вопросы. Мол, у кого-то получалось. Я пыталась, но через минуту ужас делался невыносимым, и я сбегала.
Как-то там у молодого парня остановилось сердце. То есть он вскрикнул, а когда мы прибежали - лежал на полу. На «Скорой» отправили в больницу. Врачи сказали - инфаркт. Может, пить надо меньше, а может...
Еще одна девушка просто исчезла. Ночью ушла из квартиры. Последний раз ее видели на подоконнике четвертого этажа. Она сказала, что хочет побыть одна. А наутро она исчезла. Навсегда. Ни дома, ни в квартире так и не появилась. Она дружила с Никой Турбиной, писала стихи и считала себя ведьмой.
В общем, мистики было много. Бывало даже - в квартиру приходили люди, которые всерьез считали себя вампирами. Но это было скорее смешно, чем страшно.
Самое страшное, что я помню, пожалуй, даже страшнее зеркала, была девочка с порезанными венами, на коленях перед дверью плачущая: «Любви нет... Пусть Воланд заберет меня! Не могу больше жить!» Она искромсала себе бритвой всю руку, а кровь все останавливалась и останавливалась, не текла. А потом приехала «Скорая».

[Мими]

(продолжение)
Как соседи изгоняли «нечистую силу»
С годами я все реже бывала в доме Булгакова. Некогда. Надо было учиться, работать. В середине 90-х до меня дошли слухи, что академию хиппи разогнали, потому что полыхнул самодельный камин и квартира выгорела. Потом я узнала, что закрасили все рисунки снаружи дома. Под серым слоем краски погибла Маргарита с нарциссами, а на ее месте появились вывески компьютерной и юридической фирм.

«Нехорошая» квартира тоже постепенно менялась. Под опеку ее взял Фонд Булгакова под Как соседи изгоняли «нечистую силу»
С годами я все реже бывала в доме Булгакова. Некогда. Надо было учиться, работать. В середине 90-х до меня дошли слухи, что академию хиппи разогнали, потому что полыхнул самодельный камин и квартира выгорела. Потом я узнала, что закрасили все рисунки снаружи дома. Под серым слоем краски погибла Маргарита с нарциссами, а на ее месте появились вывески компьютерной и юридической фирм.

«Нехорошая» квартира тоже постепенно менялась. Под опеку ее взял Фонд Булгакова под предводительством знаменитого профессора-булгаковеда Мариэтты Чудаковой. Из неформальной тусовки она превратилась в музей. Но в 2002 году жильцы дома сообща решили уничтожить «нехорошую» квартиру.
Дело в том, что соседи всегда считали обитателей квартиры № 50 «нечистой силой», сатанистами, а в лучшем случае просто хулиганами. Больше всех «бдила» дама из 48-й квартиры. Ее даже прозвали Аннушкой за скандальный характер. В милицию она звонила с жалобами самого фантастического содержания. Например, что у нас проходят дьявольские мессы и мы кого-то приносим в жертву. При этом она якобы слышала стук падающих тел. «Тела», бывало, падали, не спорю, но жертвоприношения тут были ни при чем. Однажды, когда в квартире выступал Юрий Шевчук - тихонько пел под гитару и рассказывал, как он ездил в Чечню, - в дверь ворвались омоновцы с автоматами. Аннушка позвонила в милицию с версией: «Там стреляют!» Следом вбежали соседки и, как всегда, устроили скандал. А когда артист попытался дружески приобнять одну из них за плечи, тетенька завизжала: «Не трогайте меня! Меня только муж может трогать!»
Было дело, одна из местных бабусек гонялась за мной с распятием по лестнице. «Что, чертяка, боишься?!» - радовалась она. Я боялась, распятие было тяжелым, а она метила мне по башке. Другая тетка постоянно поливала нас освященной водой из трехлитровой банки.
- Мы тут живем! - кричали измотанные жильцы. - Хватит устраивать в жилом доме капище!
- Здесь мемориальная квартира, - отбрехивались мы. - А кому не нравится жить в доме с историей - продавайте комнаты и покупайте себе квартиры в другом месте!
Понять можно было и тех, и других. Необходимо было вмешательство властей, которым было бы не все равно и которые были бы способны найти выход, но увы...


Музей
В 2000 году воспрял духом и Фонд Булгакова в «нехорошей» квартире. Они получили разрешение от префектуры на аренду квартиры минимум на ближайшие пять лет. Сделали ремонт, мемориальные комнаты с обстановкой 20 - 30-х годов, отвоевали право для посетителей проходить через подъезд с часу дня до шести вечера.
Саму же «нехорошую» квартиру, где побывала неделю назад,  после ремонта я узнала с трудом. Мистическим образом куда-то исчезло зеркало. Новый паркет больше не скрипит под таинственными шагами. Никакой чертовщины. Уютный, чистый музей.
Правда, директор Инна Мишина говорит, что дух Булгакова по-прежнему там. Например, по ее словам, здесь не уживаются люди «с червоточиной, которые думают не об искусстве, а о выгоде», - он выгоняет.
Однако впервые за всю свою жизнь, стоя ночью в том самом подъезде, вместо густого ощущения чуда я почувствовала острую, шипучую жалость. Как когда кто-то плачет.
На закрашенных стенах десятки неопрятно намалеванных черных и зеленых квадратов - это то «управдом», то сами фондовцы замазывают появляющиеся надписи. «Управдом» - все подряд, фондовцы - матерные стишки. Что-то остается, но интересных надписей, какие были раньше, очень мало. Красивых, как раньше, картин нет вообще.
Не чувствуется там больше того духа - незримого, всесильного, вмещающего в себя сразу все образы булгаковского романа.
Вспомнив старый ритуал, задаю вопрос: «Тебе больно?» Поднимаю глаза и вижу цитату-ответ: «Боги, боги, какая пошлая казнь! Но молю, скажи, что ее не было?» - просит человек в плаще. «Конечно, не было... Клянусь, - отвечает спутник, и глаза его почему-то улыбаются».

Ярослава Танькова

[Шери-Изумруд]

Мимишек, спасибо, Я тоже была в этом доме давно правда. Бесподобно. прочитала все на одном дыхании. О Булгакове могу часами говорить.

[Мими]

Шери, я тоже!  я была там, когда мне было 12 лет - после первого прочтения романа, а булгаковскую энциклопедию до сих пор читаю как художественную книгу

[Шери-Изумруд]

А я по старой памяти позавчера забрела, как не странно подьезд открыт был. Или это духи дома мне открыли, по-гадала, кстати было ощущение, что кто-то дышит в затылок, как бы посмеивается идя за мной. Вообщем полная мистика.

[Лесанта]

Мимиша,очень интересно рассказываеш!Может найдеш что нибудь о Чертаново?Название больно нечистой силой отдает,хотя вроде это от слова Чертаа,то есть окраина?

[Мими]

Лесанта,спасибо, поищу обязательно, если найду что-то интересное - выложу

[Мими]

Итак, некоторая информация о Чертаново:
В древности эти места были довольно обжиты, о чём говорят существовавшие здесь многочисленные группы курганов — захоронений славянского племени вятичей XI—XIII вв.
Существует несколько версий происхождения названия деревни - одни исследователи считают, что оно произошло от речки Чертановки, другие - что от фамилии одного из первых владельцев деревни (Возможно, им был упоминающийся в документах 1563 года некто Федор Иванович Чертанов - житель Ярославля).
 Определить, что является первичным: название деревни или название реки в настоящее время не представляется возможным. Считается, что деревня Чертаново (Чертановская) существовала уже в XV в., однако первое документальное описание ее мы встречаем в писцовых книгах дворцовой Коломенской волости 1675—1677 гг.: «Деревня Новая Заборья на речке на Чертановке, что напред сего была деревня Чертаново, а в ней государев сад по мере 2 десятины, а у того сада садовник, да крестьян 22 двора...»
При деревне находился этапный дом для арестантов, военная команда которого арендовала избы у крестьян. Здесь же находилась и почтовая станция. Именно на ней в 1825 г. случилась скоропостижная смерть коллежского советника Т. М. Времева, сыгравшая роковую роль в жизни композитора А. А. Алябьева. 5 февраля 1825 г. на этой станции остановился на ночлег некий Тимофей Времев - воронежский помещик, возвращавшийся из Москвы в свое имение. Ночь, проведенная на станции, оказалась последней ночью в его жизни. Спал он плохо, а утром умер от апоплексического удара. Имущество покойного тут же описала полиция, причем недосчитались крупной суммы денег, которая должна была быть у него. Первым делом подозрение пало на спутника Времева - его соседа по имению. Тот, желая выкрутиться из неприятного положения, написал ложный донос, в котором объяснил отсутствие денег карточным проигрышем у композитора А. Алябьева, а саму смерть Времева побоями, нанесенными хозяином и его гостями. Тем не менее, клевета не спасла соседа, и вместе с оболганными им людьми он был наказан лишением всех чинов и ссылкой. Тяжелее всех поплатился А. Алябьев, который вынужден был оставаться под подозрением до конца жизни. Этот случай описан А. Писемским в романе "Масоны".

[Мими]

Та самая река Чертановка (которая по одной из версий и дала название деревне) течет мимо Лысой горы (Лысая гора - так назван открытый суходольный луг), перед Лысой горой на левом берегу реки находятся хорошо известные обустроенные родники. Людской поток постоянно тянется к ним за водой, через Чертановку перекинут мостик.
На Лысой горе обустроено стилизованное капище -деревянный комплекс с фигурами четырех богов в центре, воротами по сторонам света, украшенными рунами, стражами ворот и четырьмя площадками.

вокруг этого капища  идут настоящие войны (деревянные изваяния были разрушены противниками язычников, затем их восстанавливали)...

[Лесанта]

Спасибо Мимиша!За труды твои!

[Мими]

Лесанта - всегда рада,  я люблю в "городских байках" копаться... я не стала совсем "энциклопедическую" информацию выкладывать, а так же "желтую" - просто получились своеобразные "штрихи к портрету"

[Шери-Изумруд]

Мимишек, спасибо, очень интересно.

[Мими]

Еще небольшая информация о метро - на сей раз о станции Перово


Если спуститься на станцию метро «Перово», встать на платформе около того места, где останавливается второй вагон от головы поезда...





На станции Перово на одном из украшений-барельефов изображены апокалиптические животные, те самые, о которых сказано в "Апокалипсисе Иоанна Богослова" (вся станция оформлена в стиле легенд - грифоны, фениксы и прочая нечисть).
 По легенде с прокетом оформления не успевали, так как во время изготовления барельефов один из скульпторов серьезно заболел. И тут появился некто кто принёс очень подходящий рисунок(или же пригласили другого скульптора, никому до этого не известного). Работу он выполнил в срок и хорошо, с ним рассчитались, сердечно его поблагодарили и расстались. Никаких данных о нем не осталось.Так его и выполнили и всё бы хорошо да попался готовый эскиз на глаза одному знающему человеку и тот стал быстренько наводить шухер - однако неизвестный художник пропал без следа...  Рассказчица помнит только, что это был пожилой человек, молчаливый и вежливый.

(информацию откопала на разных сайтах. вообще Перово обсуждают на некоторых форумах  именно как эдакое мистическое место. например упоминается, что именно в Перове в первой половине XVIII века умер знаменитый  астролог и колдун Яков Брюс. Он получил поместье в 1732 году по закладной от Николая Голицына. Перевез свою алхимическую лабораторию, кабинет «куриозных вещей», рукописи и книги.  Через три года Брюс умер по неизвестной причине, а имение перешло к племяннику).

[Мими]

Кстати, в старину считали, что все лешие на Руси появились из Перова, и говорили: «Как леший перовский зовет куликовского в гости, к родительской кости» (т.е. на место где захоронены родители, на Родину). Эта поговорка была настолько известной еще в XIX веке, что Владимир Даль включил ее в свой толковый словарь.

[Шери-Изумруд]

Мимишек, ну я прямо не знаю... интуиция, родственные души или еще что- сейчас как раз пишу о Якове Брюсе. Так что очень мне созвучна эта тема. Спасибо, Мимишек!!!